Иногда в интернете и даже в популярной медицинской литературе встречается мнение, что алкогольная зависимость — беда сугубо российская, часть национального образа жизни и культурное проявление внутреннего надлома и одиночества русского человека. Утверждают, будто само слово «запой» не имеет аналогов в других языках и остаётся своего рода загадкой, точного объяснения которой нет даже в словарях.
Недавно мне попалась любопытная публикация, автор которой уверяет, что именно в России, в отличие от англоязычных стран, «запой» стал символом одиночества и глубокого кризиса.
Как врач-нарколог поделюсь своим взглядом. У термина «запой», который часто встречается в специализированной литературе, есть предшественник, дипсомания, от древнегреческого dipsa, жажда, и mania, безумие. Так обозначают неудержимое влечение к беспрерывному употреблению алкоголя. Именно российские врачи в XIX веке впервые описали запои как проявление алкогольной зависимости и выпустили монографии, которые переводились и активно использовались европейскими коллегами.
В англоязычной литературе с XX века наряду с дипсоманией используют термины drinking bout (bout — кругооборот) и binge drinking (binge — кутёж, чрезмерное употребление), которые означают длительный период неумеренного пьянства. Оба означают длительный период чрезмерного употребления алкоголя, то самое запойное пьянство, то самое одиночество и недели угасания, которые Э. М. Эллинек в работе «Концепция алкогольной болезни» (1960) отнёс к «эпсилон-алкоголизму». Эти понятия сегодня активно используют Всемирная организация здравоохранения и международное сообщество «Анонимные алкоголики».
В современном русском языке, как и в любом другом, слово многозначно. «Запой» имеет и медицинский, и бытовой смысл, от тяжелейшего состояния больного алкоголизмом до неумеренного употребления спиртного на вечеринке. Очевидно, что и «запой», и binge drinking несут одинаковую смысловую нагрузку и, увы, понятны всему человечеству.
Так что запой — не русская загадка и не символ национального одиночества. Это медицинское понятие с точным значением, которое первыми описали российские врачи, а вслед за ними подхватили европейские и англоязычные коллеги. Слово многозначно в любом языке, а явление, которое оно называет, знакомо людям везде, где есть алкоголь.
Мне кажется важным сказать об этом прямо. Когда запой объясняют особым русским характером или поэтической тоской, за красивыми словами теряется главное — речь идёт о болезни, у которой есть причины, своё течение и лечение. Романтизация мешает человеку вовремя обратиться за помощью, а его близким — вовремя увидеть, что происходит на самом деле/